Блаженнее давать: почему материальная потеря может становиться человеческим приобретением

Краткое описание: слова Христа не обещают автоматического вознаграждения за любую отдачу. Они указывают на такой способ существования, при котором человек перестаёт быть замкнутой системой и становится источником жизни для другого.

Раздел: Исследования
Время чтения: 14–16 минут ( вдумчивого чтения)
Теги: дар, блаженство, щедрость, альтруизм, принятие, слабость, психология, нейробиология

«Во всём показал я вам, что, так трудясь, надобно поддерживать слабых и памятовать слова Господа Иисуса, ибо Он Сам сказал: “блаженнее давать, нежели принимать”».
Деян. 20:35

Это не афоризм о щедрости

Фраза «блаженнее давать, нежели принимать» обычно существует отдельно от контекста — как доброе наставление о подарках, милостыне и бескорыстии. Но Павел произносит её в прощальной речи к пресвитерам Эфесской церкви. Непосредственно перед этим он говорит, что не искал чужого серебра, золота и одежды, а собственными руками обеспечивал себя и своих спутников.

Поэтому исходный вопрос касается не только благотворительности. Павел противопоставляет два типа религиозного и общественного лидерства:

• использовать положение, чтобы получать от людей;

• трудиться самому, чтобы поддерживать тех, кто слабее.

Под «таким трудом» в тексте понимается в том числе ручной труд самого Павла. А «слабые» — ἀσθενοῦντες — asthenoúntes — «астену́онтес» — могут означать больных, немощных, бедных и людей, не способных самостоятельно обеспечить себя. Исследование контекста речи Павла

Это не призыв время от времени отдавать лишнее. Перед нами модель, в которой сильный не превращает свою силу в право присвоения.

Слова, которых нет в Евангелиях

Высказывание «блаженнее давать, нежели принимать» отсутствует в четырёх канонических Евангелиях. Павел приводит его как известное слово Иисуса, сохранявшееся в устной традиции.

Такие высказывания называют аграфами — от греческого ἄγραφα — ágrapha — «а́графа», то есть «незаписанные». Деяния показывают, что память о словах Христа была шире корпуса текстов, позднее вошедших в Евангелия.

Греческий оригинал звучит:

Μακάριόν ἐστιν μᾶλλον διδόναι ἢ λαμβάνειν.
Makárion estin mállon didónai ē lambánein.
«Блаженнее давать, чем принимать».

Греческий текст Деян. 20:35

Здесь особенно важны два слова.

Μακάριον — makárion — «мака́рион» означает не только эмоциональное счастье. Это состояние благословенности, полноты и правильного положения человека перед Богом. Блаженство может сопровождаться радостью, но не сводится к приятному чувству.

Λαμβάνειν — lambánein — «ламба́нейн» может означать и «принимать», и «брать». Но русский глагол «забирать» добавляет смысл присвоения или лишения другого, которого в стихе непосредственно нет.

Христос не говорит: «дающий добр, а принимающий плох». Он говорит, что в даянии открывается более полная форма жизни.

Давать, принимать и забирать — разные движения

Ошибочно располагать все три действия на одной прямой:

давать ← нейтральная точка → забирать.

Между ними существует не количественное, а качественное различие.

Действие	Кто начинает движение	Что происходит с контролем	Отношение к другому
Давать	владелец ресурса	добровольно отказывается от части контроля	признаёт нужду или ценность другого
Принимать	другой предлагает	соглашается на зависимость и доверие	позволяет другому стать дающим
Брать	получатель	приобретает контроль	может быть законным, договорным или эгоистическим
Забирать	более активная или сильная сторона	изымает ресурс	часто ограничивает свободу другого
Обменивать	обе стороны	контроль передаётся условно	предполагается эквивалентность
Отнимать	сторона, обладающая силой	присваивает без согласия	другой рассматривается как источник ресурса

Получать заработную плату, принимать помощь и отнимать чужое — не одно действие. Поэтому противопоставление Христа нельзя превращать в осуждение всякого получения.

Более того, дар невозможен без того, кто способен его принять. Если все захотят быть только дающими, но никто не согласится принимать, само пространство дара исчезнет.

Иногда отказ принимать является не бескорыстием, а скрытой формой гордости: человек хочет оставаться тем, кто никому не обязан, ни от кого не зависит и всегда занимает верхнюю позицию.

Принимать — значит позволять другому дать.

Что физически теряет дающий

В материальном мире дар реален именно потому, что имеет цену.

Когда человек отдаёт деньги, время, пищу, внимание или физические силы, у него становится меньше доступного ресурса. Закон сохранения не отменяется религиозным вдохновением: переданные сто рублей исчезают со счёта дающего и появляются у получателя.

Но социальное пространство не является системой с нулевой суммой.

Одна и та же сумма имеет разную ценность для разных людей. Для обеспеченного человека сто рублей могут почти ничего не изменить; для голодного — означать ужин. Количество ресурса остаётся прежним, но его способность поддерживать жизнь увеличивается.

Кроме того, передача создаёт то, чего до неё не существовало:

• доверие;

• связь;

• чувство безопасности;

• возможность взаимности;

• репутацию надёжного участника;

• общую устойчивость группы;

• переживание собственной действенности.

Материя перераспределяется, но отношения возникают заново. Поэтому на уровне отдельного владения дающий теряет, а на уровне человеческой системы может происходить приращение.

Дар создаёт не новую материю, а новую связь между существующими людьми.

Мозг не остаётся безучастным

Исследования показывают, что добровольная передача денег другому человеку или благотворительной организации может активировать области мозга, связанные с вознаграждением. В эксперименте Уильяма Харбо, Ульриха Майра и Дэниела Бургхарта такие области реагировали даже на обязательные денежные перечисления, напоминавшие налог, но добровольное пожертвование у части участников вызывало дополнительную активность. Исследование в Science

Это иногда популярно пересказывают как «мозг любит благотворительность». Но такой вывод слишком широк.

Активация системы вознаграждения не доказывает духовную ценность действия. Те же нейронные системы участвуют в получении денег, пищи, социального признания и множестве других переживаний. Нейробиология показывает, что отдача может восприниматься организмом как значимое приобретение, но не объясняет, почему человек должен давать и что делает конкретный дар добрым.

Не существует отдельного «гормона щедрости» или одной кнопки альтруизма. В действие включаются несколько процессов:

• ожидание результата;

• эмпатия;

• оценка чужой нужды;

• чувство принадлежности;

• переживание собственной эффективности;

• социальное одобрение;

• формирование личной идентичности;

• система вознаграждения;

• снижение или повышение стресса в зависимости от условий.

Биология не производит смысл дара. Она показывает, как человеческое тело участвует в уже осмысленном действии.

Счастье возрастает, но ненамного

Эксперименты с просоциальными расходами — использованием денег в интересах других — часто обнаруживают небольшое повышение субъективного благополучия. Подобная связь наблюдалась в выборках из разных культур и экономических условий. Кросс-культурное исследование 136 стран

Однако научная картина значительно скромнее популярного лозунга «помогая другим, вы делаете счастливым себя».

Метаанализ 201 исследования, включавшего почти 200 тысяч участников, обнаружил положительную, но небольшую связь между просоциальным поведением и благополучием: средний коэффициент составлял около r = 0,13. Связь была сильнее для эвдемонического благополучия — ощущения смысла, развития и достойной жизни — чем для простого удовольствия. Метаанализ в Psychological Bulletin

Это важное различие.

Даяние не обязательно делает человека веселее. Оно может быть тяжёлым, тревожным и даже болезненным. Но человек способен переживать свою жизнь как более осмысленную.

Научные данные здесь неожиданно приближаются к смыслу слова μακάριος. Блаженство оказывается ближе не к краткому удовольствию, а к полноте способа существования.

Когда отдача приносит внутреннее благо

Психологический эффект зависит не только от количества переданного. Он усиливается, когда даяние удовлетворяет три базовые человеческие потребности:

• автономия — я даю свободно, а не под давлением;

• компетентность — моя помощь действительно действует;

• связанность — между мной и другим возникает реальное отношение.

Исследования просоциальных расходов показывают, что эмоциональная польза вероятнее, когда человек сам выбирает форму помощи, видит её результат и чувствует связь с получателем. Однако авторы подчёркивают, что эмпирическая база для отдельных условий пока ограничена и не позволяет превратить их в универсальный рецепт. Обзор условий просоциальной отдачи

Следовательно, благотворительный взнос, сделанный под давлением коллектива, может не приносить радости. Помощь, которая исчезает в непрозрачной системе, может оставлять ощущение бессилия. А дар, превращённый в публичную демонстрацию добродетели, способен питать не любовь, а образ самого себя.

Хорошее переживание не гарантирует доброты поступка, а отсутствие хорошего переживания не отменяет её.

Тело может отвечать на щедрость

Некоторые исследования обнаруживают связь между помощью другим и физическим здоровьем.

В небольшом эксперименте с пожилыми людьми, имевшими повышенное артериальное давление, участники, которым предлагали в течение трёх недель тратить деньги на других, продемонстрировали снижение систолического и диастолического давления по сравнению с теми, кто тратил деньги на себя. Исследование в Health Psychology

Другое длительное наблюдение за пожилыми супружескими парами обнаружило связь между оказанием поддержки другим и меньшим риском смерти в последующие пять лет. Получение поддержки не показывало столь же устойчивой связи. Исследование Стефани Браун и соавторов

Но эти результаты нельзя превращать в медицинское обещание. Часть данных наблюдательна: более здоровые люди изначально могут иметь больше возможностей помогать. Экспериментальные выборки сравнительно малы, а влияние зависит от возраста, здоровья, отношений и характера помощи.

Корректный вывод выглядит скромнее: просоциальная деятельность способна влиять не только на мысли, но и на телесные процессы, однако не является лекарством и не гарантирует долголетия.

Почему эволюция сохранила способность отдавать

С биологической точки зрения альтруизм парадоксален: организм расходует ресурс, повышая шансы другого. В эволюционной биологии альтруистическим называется действие, которое увеличивает приспособленность другого организма, создавая цену для действующего. Stanford Encyclopedia of Philosophy

Существуют несколько механизмов, способных поддерживать такое поведение:

• помощь генетически близким;

• взаимность: помощь тому, кто позднее может помочь тебе;

• репутация надёжного партнёра;

• наказание обманщиков;

• кооперация внутри устойчивых групп;

• совместное воспитание детей;

• распределение рисков в непредсказуемой среде.

Человек оказался существом, которому выгодно жить среди тех, кто способен делиться пищей, защищать слабого, воспитывать не только собственного ребёнка и помогать во время болезни. Сообщества, состоящие исключительно из тех, кто забирает, быстро уничтожают собственную среду существования.

Но эволюционное объяснение не исчерпывает смысл дара. Оно объясняет, почему способность к отдаче могла сохраниться, но не отвечает, почему человек иногда помогает незнакомому, врагу или тому, кто никогда не сможет отплатить.

Происхождение способности ещё не является мерой её духовного содержания.

Дар не всегда свободен от обмена

Антрополог Марсель Мосс показал, что во многих обществах дар включён в тройное обязательство:

1. дать;

2. принять;

3. ответить даром.

Дар создаёт связь, но одновременно может создавать долг. Отказ принять подарок иногда воспринимается как отказ от отношений; невозможность ответить — как потеря достоинства или зависимость. Обзор работы Марселя Мосса «Дар» EN

(Обзор книги Марселя Мосса на headsontrend.ru) 

Это позволяет увидеть тёмную сторону щедрости.

Человек может давать, чтобы:

• приобрести лояльность;

• получить моральное превосходство;

• заставить другого чувствовать себя обязанным;

• купить прощение;

• контролировать решения получателя;

• создать публичный образ добродетели;

• сделать зависимость постоянной;

• избежать настоящей близости, заменив её ресурсом.

Формально ресурс передан. Но фактически контроль не отпущен.

Если после дара человек продолжает распоряжаться получателем, это уже не вполне дар.

Настоящее даяние предполагает отказ не только от вещи, но и от части власти над её дальнейшей судьбой.

Слабого можно поддержать, а можно закрепить в слабости

Павел говорит не просто «давайте», а «поддерживайте слабых». Поэтому нравственная оценка дара зависит от того, что происходит с человеком после получения помощи.

Помощь может:

• восстановить его силы;

• вернуть способность действовать самостоятельно;

• обеспечить время для лечения;

• защитить от разрушительного риска;

• включить его обратно в сообщество.

Но она также может:

• лишить инициативы;

• поощрять зависимость;

• поддерживать разрушительное поведение;

• заменить развитие постоянным обслуживанием;

• навязать чужое представление о благе;

• превратить человека в объект благотворительности.

Дать алкоголику деньги на продолжение зависимости — не обязательно милосердие. Выполнять за взрослого человека всё, что он способен делать сам, — не всегда помощь. Спасать другого от каждого последствия его решений может означать препятствовать его взрослению.

Дар оценивается не величиной жертвы дающего, а тем благом, которое он создаёт в другом.

Саморазрушение не равно самоотдаче

Фраза Христа может использоваться для оправдания жизни без границ: всегда уступать, никогда не отказывать, не заботиться о себе, терпеть эксплуатацию и считать любое истощение духовным подвигом.

Но человек, полностью уничтоживший собственные силы, перестаёт быть способным поддерживать слабых.

В медицине и профессиональной заботе хорошо известны эмоциональное выгорание и усталость от сострадания. Они возникают, когда человек длительное время отдаёт больше физических и психических ресурсов, чем способен восстановить. Cleveland Clinic

Исследования патологического альтруизма также показывают, что внешне бескорыстное поведение может сочетаться с тревожностью, зависимостью от одобрения, уязвимым нарциссизмом и неспособностью учитывать реальные последствия помощи. Исследование в Frontiers in Psychology

Христианская самоотдача и психологическое самоуничтожение различаются направлением:

• самоотдача служит жизни;

• самоуничтожение делает разрушение условием собственной ценности.

Христос отдаёт жизнь свободно, а не потому, что не имеет права на существование. Свобода — принципиальная часть дара.

Забирающий увеличивает имущество, но сужает мир

Забирать выгодно на короткой дистанции. Человек получает больше денег, времени, внимания, власти или безопасности. Но если присвоение становится основным способом существования, происходят системные изменения.

Другие люди начинают восприниматься как источники ресурса. Отношения оцениваются по полезности. Возникает необходимость постоянно контролировать приобретённое и защищаться от таких же собирателей. Чем больше человек имеет, тем больше энергии может уходить на сохранение границ собственности и статуса.

На уровне общества извлечение ресурсов без обратного движения разрушает доверие. Компания может забирать труд, внимание и личные данные, называя бесплатным то, за что пользователь платит собой. Институт может собирать пожертвования, но не возвращать сообществу ни прозрачности, ни участия. Человек может называть заботой контроль над тем, кому он помогает.

Поэтому современная противоположность дара — не простое получение. Это экстракция: устройство отношений, при котором один участник систематически увеличивает себя за счёт ослабления другого.

Блаженство не является оплатой

Если человек даёт ради внутренней награды, общественного признания, здоровья или будущего небесного воздаяния, дар незаметно превращается в инвестицию.

Возникает скрытая сделка:

Но слова Христа не описывают механизм гарантированного вознаграждения. «Блаженнее» — не обещание, что после каждой милостыни человек немедленно испытает приятное состояние.

Блаженство заключено в самом переходе от присвоения к участию. Дающий обнаруживает, что его жизнь способна существовать не только внутри границ собственного тела и имущества. Его труд продолжает действовать в другом человеке.

Он не становится богаче потому, что тайным образом получает назад эквивалент отданного. Он становится иным человеком — человеком, через которого благо может двигаться дальше.

Давать можно только то, что было принято

При более пристальном рассмотрении противопоставление даяния и принятия перестаёт быть абсолютным.

Человек не создаёт себя сам. Он получает тело, язык, культуру, заботу, знания, землю, время и саму возможность трудиться. Даже имущество, заработанное собственными руками, возникает в мире, созданном не им одним.

Поэтому зрелое даяние начинается не с превосходства, а с благодарности.

Я отдаю не потому, что являюсь независимым источником всего, а потому, что сам живу внутри дара. Принятие становится условием даяния, а даяние — продолжением принятого.

В этом отношении главной противоположностью дающего оказывается не получающий, а человек, который останавливает движение блага на себе.

Что после исследования видно иначе

Фраза «блаженнее давать, нежели принимать» подтверждается в физическом мире, но не как простой закон вознаграждения.

Даяние может:

• активировать системы вознаграждения;

• усиливать чувство смысла;

• поддерживать социальную связь;

• удовлетворять потребности в автономии, компетентности и связанности;

• в некоторых условиях влиять на стресс и физическое здоровье;

• укреплять доверие и устойчивость сообщества.

Но эти эффекты невелики, неодинаковы и зависят от свободы, смысла, последствий и отношений. Насильственное, показное, неэффективное или саморазрушительное даяние не становится благом только потому, что ресурс перешёл из одних рук в другие.

Возможно, блаженство начинается там, где человек отдаёт не ради собственной награды, но при этом обнаруживает: жизнь, которую он перестал удерживать только для себя, не уменьшилась до размера потери.